О мира Заступнице, Мати Всепетая! Со страхом, верою и любовию припадающе перед честною иконою Твоею Державною, усердно молим Тя: не отврати лица Твоего от прибегающих к Тебе, Умоли, милосердная Мати Света, Сына Твоего и Бога нашего, Сладчайшаго Господа Иисуса Христа, да сохранит в мире страну нашу, да утвердит державу нашу в благоденствии и избавит нас от междоусобныя брани, да укрепит святую Церковь нашу Православную, и незыблему соблюдет ю от неверия, раскола и ересей.
Не имамы иныя помощи, разве Тебе, Пречистая Дево . Ты еси всесильная христиан заступница пред Богом, праведный гнев Его умягчающая. Избави всех, с верою Тебе молящихся, от падений греховных, от навета злых человек, от глада, скорбей и болезней , даруй нам дух сокрушения, смирение сердца, чистоту помышлений, исправление греховныя жизни и оставление согрешений наших; да вси, благодарне воспевающе величия Твоя, сподобимся Небесного Царствия и тамо со всеми святыми прославим пречестное и великолепое имя в Троице славимаго Бога: Отца, Сына и святаго Духа. Аминь.

Божия Матерь - Царица России

«Державная» икона Божией Матери явила себя русскому православному народу 2 марта 1917 года в селе Коломенском под Москвой, в день отречения Царя-Мученика Николая Второго от престола. Царица Небесная изображена на этой иконе как Царица Земная. Явление иконы «Державная» состоит в том, что гибель монархии послана народу в наказание, но сама Богородица хранит символы царской власти, что даёт надежду на покаяние и возрождение России и русского государства.
Празднование иконы Божией Матери "Державная" 2 (15) марта.

Поиск по ключевым словам :

понедельник, 25 октября 2010 г.

Икона Божией Матери Иверская – Монреальская Мироточивая и брат Иосиф


Монреальская Иверская икона Божией Матери была написана на Афоне в 1981 году греческим монахом с первообраза Иверской иконы Богоматери Вратарницы. Сия Икона-Хранительница попала в надежные руки хранителя Иосифа Муньоса, принявшего за нее мученичество.
Потомок древнего испанского рода Кортесов Иосиф (Хосе) Муньос родился в 1948 г. в католической семье в Чили. В четырнадцать лет в Сантьяго по дороге в католический собор он по ошибке зашел в православный храм РПЦЗ. В нем праздновали Воздвижение Животворящего Креста Господня, и подростка потрясли до глубины души богослужение, убранство и иконы. Муньос стал ходить теперь сюда, через два года перешел в Православие. Потом прихожанин РПЦЗ Иосиф три года изучал в колледже иконопись и богословие. Переехав в Канаду, он окончил там курсы при Школе изобразительных искусств, впоследствии преподавал историю иконописи в Монреальском университете.
В 1982 году во время паломничества на Святую гору Афон Иосиф побывал в Спасо-Рождественском скиту. Здесь в иконописной мастерской он увидел глубоко поразивший его недавно созданный список с Иверской иконы Божией Матери Вратарницы. Иосиф настойчиво просил продать ему эту икону, но получил отказ. Молодой паломник горячо молил Богородицу позволить ему увезти Ее образ в Америку. Уже выходя из ворот обители, он увидел поспешавшего к нему настоятеля скита отца Климента, ставшего потом его духовным отцом, который вручил Иосифу икону со словами: «Пресвятая Дева должна уехать вместе с вами».
Находясь на борту корабля, следующего в афонский порт Дафни, Иосиф услышал голос, повелевавший ему отправиться в Иверский монастырь и приложить свою икону к Чудотворному образу Божией Матери Вратарницы, небесной Хранительницы и Покровительницы Афона. Ведь врученная ему икона была списана с этого образа. Он исполнил это повеление. Вернувшись в Монреаль, Иосиф поместил икону у себя в комнате, и каждый вечер читал перед ней акафист.
24 ноября 1982 года Иосиф внезапно пробудился, как потом рассказал: «В три часа ночи я проснулся от сильного благоухания. Вначале подумал, что оно исходит от мощей или разлитого флакона духов, но, подойдя к иконе, я поразился: вся она была покрыта благоухающим миром! Я застыл на месте от такого чуда!»
Вскоре мироточивая икона была отнесена в храм Русской Православной Церкви Заграницей. С тех пор Монреальская Иверская икона Божией Матери постоянно мироточила. Прежде всего, поражало сильное благоухание елея, истекающего из рук Богоматери и Христа, а иногда из звезды, изображенной на правом плече Пречистой. Это отличало ее от других чудотворных икон, где слезы истекают из очей, словно Богородица рыдает, а здесь Она казалась преподающей Свое благословение. В то же время задняя сторона Иконы всегда оставалась сухой.
Миро обычно появлялось во время молитвы или вскоре после нее, в количестве, зависящем от события или молитвенного усердия православных. Порою миро было столь изобильно, что проступало сквозь охранительное стекло и заливало опору Иконы, стену и стол. Так происходило во дни великих праздников, в частности, на Успение Божией Матери.
Бывали также случаи, когда после прекращения истечения оно неожиданно возобновлялось. Однажды, например, после раздачи миро 850 богомольцам Икона вся оказалась сухой, но, прибыв на следующий день в приход, где ее ожидала масса верующих, образ чудесно восстановил мироистечение. Только однажды миро скрылось и не истекало в продолжение относительно долгого времени: на Страстной седмице 1983 г. от Великого Вторника до Великой Субботы.
Миро истекало на низ иконы, куда помещали кусочки ваты. Омоченные, они раздавались богомольцам. Заметили, что хотя миро высыхает довольно быстро, благоухание продолжается еще долгое время, иногда месяцы, и усиливается во время особенно горячих молитв. Часто оно наполняло место, где пребывала Икона, например в комнате, автомобиле.
Тайна этих знамений смущала многих скептиков. Действительно, можно было вообразить, что какая-нибудь благовонная жидкость намеренно вводится с обратной стороны Монреальской Иверской иконы Богоматери. В США, в Майами один ученый имел возможность рассматривать Икону со всех сторон и, установив, что сзади она совершенно суха, пришел к выводу, что речь идет о величайшем чуде XX века. Особый осмотр части верхнего края Иконы показал, что образ написан на обыкновенной деревянной доске, не содержащей внутренних полостей и посторонних включений. Но такие исследования имеют предел. Так, когда скептики пожелали сделать пробу миро для анализа, им отказали, ибо подобное деяние является непочтением к Божией Матери. 
«Икона перед вами, и никто не побуждает вас признать чудо; ваше дело верить или отказываться верить», – говорил хранитель Иосиф Муньос. Один молодой человек однажды ответил ему: «Я вижу то, что происходит передо мною, но мой рассудок не способен этому верить, однако этому верит мое сердце».
Везде, куда бы ни прибывала Мироточивая Иверская икона, она распространяла любовь и согласие, как, например, в одной общине, где ссорившиеся прихожане вновь обрели путь к молитве и церковному единению. Присутствие Чудотворного образа умножало молитвенный жар до такой степени, что литургии, совершаемые при нем, могут быть сравнимы с пасхальными, столь пламенными в Русской Православной Церкви.
Известны многие случаи возврата людей к посещению храма, исповеди, причастию благодаря Монреальской Мироточивой. Так, одна женщина, узнав о смерти своего сына, готовилась лишить себя жизни, но, тронутая до глубины души Чудотворной иконой, раскаялась в ужасном намерении и немедленно исповедалась. Благодатное воздействие Пречистой также пробуждало и преображало православных, нередко застывших в косном веровании.
Слава Иконы широко распространилась по всему миру и благодаря неутомимым поездкам в разные концы света с нею Хранителя Иосифа, она вышла далеко за пределы Зарубежной Православной Церкви, даже многие католики и протестанты приходили почтить великий Монреальский образ Богоматери.
Однако в ночь с 30 на 31 октября 1997 года Иосиф Муньос был убит в гостинице Афин при загадочных обстоятельствах, а Чудотворная Монреальская Иверская икона бесследно пропала…
Лишь через год во время судебного процесса в Греции стали известны некоторые ужасающие обстоятельства. Брата Иосифа убили в сатанинский праздник – хелоуин. Злодеяние заранее подготавливалось. Иосиф Муньос приехал в Афины по ложному вызову якобы от духовника, который жил на Афоне. А на самом деле его духовник ничего не знал об этом «вызове». В гостиничном номере хранителя мучили несколько человек. Он умер от удушья. 
Иосиф редко говорил о своей внутренней жизни, но, общаясь с ним, люди едва ли не физически ощущали, что перед ними человек величайшей чистоты. Каждый день хранитель читал перед Чудотворной иконой акафист Богородице и тому святому, чью память отмечала Церковь. Во время церковных богослужений вел себя очень скромно и никогда не привлекал к себе внимания: тихо стоял сзади, незаметный как монах.
На суде, где был оправдан один обвиняемый румын, а другой отдан под следствие, выступил врач-эксперт. Он подробно описал страдальческую смерть хранителя; показывал фото его измученного тела.
Доктор сказал, что, по его мнению, убийство Иосифа Муньоса было совершено 2-3 людьми: один хранителя держал, другой завязывал руки и ноги, а третий наносил удары. Убийство было тщательно запланировано. Убивали профессионалы, которые хотели «добиться от своей жертвы информации». Какой? Очевидно, допытывались о месте хранения Чудотворной Монреальской Мироточивой Иверской иконы, которое, наверное, брат Иосиф так и не выдал.
Врач также объяснил, что в обычных убийствах жертву как правило завязывают путами впопыхах и неаккуратно. Хранитель Иосиф же был связан тщательно и так, чтобы причинить ему большее страдание. Доктор предположил: Иосиф неожиданно для себя оказался в компании убийц и пережил шок от того, что, возможно, увидел среди них знакомого человека. Каким образом хранителя заманили на место убийства, остается тайной. 
На суде врач высказал предположение, что между убийцами и Иосифом Муньосом состоялась беседа, в ходе которой хранителю угрожали, а затем наносили побои. Эксперт указал: по всему видно, что брат Иосиф не сопротивлялся. Он лежал привязанным поперек кровати. Следы сильных ударов отмечены на голове и лице, произошло кровоизлияние в мозг. Кровь вытекала из глаз, щеки разрезаны веревкой, раздроблено адамово яблоко. Следы пыток видны на ногах, руках, груди.
Потом Иосиф долго умирал в одиночестве. Врач предположил, что хранитель Иосиф скончался между 2.30-3.00 ночи, у убийц было достаточно времени на заметание своих следов.
На суде были зачитаны письменные показания некоего музыканта, который снимал номер на том же этаже, неподалеку от комнаты, в которой умер Иосиф, и ночью слышал из его номера стоны.
18/31 октября 1997 г., в день памяти святого евангелиста Луки, первого покровителя иконописцев, по преданию создавшего первый иконный образ Богоматери, послуживший знаменитым спискам с Иверской Вратарницы, Иосиф Муньос присоединился к нему в небесном хоре.
Хранитель Монреальской Мироточивой Иверской иконы Божией Матери Вратарницы-Хранительницы был похоронен после его убийства через 13 дней в США, в Джорданвиле на кладбище Свято-Троицкого мужского монастыря РПЦЗ. Его хотели отпевать при закрытом гробе и в запечатанном пластмассовом мешке. Но Бог судил иначе. Гроб был открыт, мешок разорван и увидели следы пыток. Однако никаких признаков тления тела не было заметно. И еще все удивились в этот день 12 ноября 1997 года, что на ветреном монастырском кладбище две свечи, поставленные на могилке умученного Иосифа, теплились около семи часов.


Фильм Ксении Волковой о брате Иосифе 

(Хосе Муньос-Кортес)     -     2005 г.

«Посланник» - 54 мин.

Ethnic-American Broadcasting Company, WMNB, Нью-Йорк





Инок   Всеволод   "Встреча. Убиенному брату Иосифу "

Ну вот, наконец, мы и встретились,                                                        светлый ты наш человек.
Воды речные вспенились;
Ты, словно одна из рек.

Реки несут спасение
земле, городам, цветам;
Муки твои и успение
ранили совесть нам.

Реки, порой, разливаются -
Божий промысел свят.
Память людей стирается
Скорбной рукой утрат.

Но не сотрутся лики,
С наших икон никогда.
Плачь, инвизитор великий,
не умерла звезда.

Она на плече Пречистой
розой цветет душистой.
Дева звезду кропит 
кровью Своих ланит.

Имя звезды - Иосиф -
Мученик наших дней.
Давайте, сомнения отбросив,
смиренно пойдем за ней.

Пойдем на последние битвы
с духами злобы земной.
В мир покаянной молитвы
Зовет нас звезда за собой.

Пасхальное мироточение иконы мученика Иосифа Муньоса 
Первую неделю Великого поста в 2005 году я провела в Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле. Там мне инок Всеволод подарил копию иконописного изображения брата Иосифа (Муньоса-Кортеса), хранителя чудотворной Иверской-Монреальской иконы Божией Матери. Это одно из изображений мученика Иосифа, написанных в Оптиной пустыни. Хотя я удивилась, что икона написана до прославления святого, я с благодарностью приняла подарок.
К своему стыду, я несколько недель не обращала на икону внимания и даже не ставила ее на полку с остальными иконами. Через какое-то время мне одна знакомая монахиня (И.) сказала, что очень часто молится брату Иосифу. Я вспомнила про свою икону и сразу поставила ее на самое видное место - перед моей Иверской-Монреальской иконой, написанной в 1998 году в Москве. Я начала каждый день молиться брату Иосифу, и хотя, к сожалению, совсем не помнила его при жизни (когда он с иконой приезжал к нам в церковь, он всегда тихонько стоял сзади), он очень быстро для меня стал «своим» святым.
На Страстную неделю я опять поехала в монастырь. В один из дней, кажется, в Великий вторник, был перерыв между длинными утренними службами и я пошла на кладбище, чтобы немножко отдохнуть. Как всегда, приложилась к могильному кресту брата Иосифа и прилегла на скамейку. На теплом солнышке, под пение птиц я быстро заснула. Когда я вернулась в церковь, монахиня И., которая мне в тот раз говорила молиться брату Иосифу, спросила, где я была. Когда я ей ответила, она с удивлением спросила: «Как же ты спала в такой холод и ветер и на такой маленькой скамейке?» Я с не меньшим удивлением вспомнила свой прекрасный отдых - как будто ночь проспала на самой лучшей кровати!
В Великую пятницу я уехала домой, чтобы провести Пасху с семьей. В Воскресение у нас был полный дом гостей. Где-то в час ночи я стала убирать на кухне с одной женщиной (К.). Мы разговорились, и вдруг я захотела показать ей свою комнату. Там разговор зашел о брате Иосифе, и я ей рассказала, как спала перед его могилой, и показала ей икону. «А почему она у тебя так блестит?» - спросила К. Я осторожно сняла икону с полки и внимательно посмотрела на нее. К моему великому изумлению, рядом с правым глазом мученика была капля масла в форме слезы. Маленькие капли выступали на правой щеке, лбу и шее. Хотя капли были маслянистые, они не скатывались вниз, и когда я пальцем вытерла одну из них, она сама возобновилась через несколько минут.
В этот момент у меня было непередаваемое чувство. Все внутри замерло - ни душа, ни тело не знали, как реагировать, как поверить в происшедшее. К. ушла примерно через час, и я, в полном шоке, долго-долго смотрела на доброе, но строгое лицо мученика. Я не знала, что мне делать - звонить в монастырь или нашему батюшке было поздно, а так просто кому-нибудь тоже не хотелось. Я прочла акафист Божией Матери, канон Иисусу Христу и тропарь, написанный на обратной стороне другой иконы брата Иосифа, где он со святым владыкой Иоанном Шанхайским. После этого я легла спать, хотя заснуть мне, конечно, не удалось. Я всю ночь вставала, чтобы посмотреть на икону, перекреститься, опять помолиться. Было ощущение, что произошло что-то настолько важное, что моя жизнь буквально в один миг изменилась.
В эту пасхальную ночь я реально почувствовала, что хотя духовная борьба постоянна, мы никогда не остаемся в бою одни.
К утру масла уже было меньше.
К сожалению, я не сообразила снять капли ваткой и взять икону с собой в церковь. Когда я вернулась после службы, оставалось всего несколько капель, которые я вытерла по совету батюшки. К вечеру икона уже была сухая; только лицо мученика осталось покрыто очень тонким слоем елея на несколько месяцев…
Когда монахиня И. мне сказала записать этот чудесный случай, я сомневалась, что я смогу это сделать и передать, как все произошло. Она обещала, что брат Иосиф поможет, и ровно так и получилось. Все время, пока я работала, я чувствовала, что он рядом и сам помогает мне писать. Даже в наше время с обычными людьми бывают великие чудеса.
Мученик Иосиф, моли Бога о нас!

И.С., Бостон, 2006 г.
Интернет-сайт «Русский инок»
В сокращении редакции

Убиенному брату Иосифу посвящается

На холме
В строгой раме лесов
Крест стоит
Среди многих крестов.
Кто там спит,
Знает черный гранит,
Ран его
Тайну верно хранит.

На горе,
Где кружится листок,
Белый храм
Учит зреть на восток
Всех, кто здесь
Собрались или ждут,
Когда весь
Жизни вес будет тут.

Ты придешь,
Припадешь ко кресту,
Принесешь
Боль свою и мечту.
Все пройдет,
Все гранит охладит,
Все поймет
Тот, кто свято здесь спит.

Ты свечой
Его лик осветишь -
Этот взгляд
Среди всех отличишь...
К своему
Шепот тысяч сердец
Припиши
В поминальный столбец.

Улетят
Птицы горьких минут.
Без тебя
Хлеб небес поклюют.
Ты согрей
В пальцах воск золотой -
Он теплом
Породнится с тобой.

Оглянись,
Уходя на восток,
На тот холм,
Где остался листок:
Может - стих,
Может - список имен?
То ль - на миг,
То ли - в вечности он…

Монахиня Феодора



О Брате Иосифе

ИОСИФ: СОКРОВЕННЫЙ СЕРДЦА ЧЕЛОВЕК

Смысл служения брата Иосифа, хранителя Монреальской Мироточивой иконы

http://www.russian-inok.org/images/pict_content/brat_iosif.jpg

Брат Иосиф незадолго до выхода на свое служение Мироточивой иконе


Содержание 







"России нужен пример настоящего монаха, который совершенно отверг мир и предал себя Богу..."

(Иосиф Муньоз)


Явление праведника в мир - всегда тайна. Праведники наших дней - тайна вдвойне. Ведь еще святые отцы древности пророчествовали, что в последние времена праведники будут сокрыты от взоров человеческих, что они не станут творить чудес наяву, их подвиги и знамения, да и сама духовная жизнь будут утаены от мира.
Иосиф Муньоз Кортес, хранитель Иверской Монреальской Мироточивой иконы, не только христианский мученик, но, беccпорно, и великий праведник наших дней. Его жизнь покрыта плотной завесой тайн, в точности по пророчеству о праведниках последних времен. Мы можем лишь в благоговейном молчании созерцать видимую для нас сторону его жизни и служения.
Иосиф, пожалуй, самый таинственный праведник последних десятилетий или даже столетий. Вот только краткое перечисление таинственных сторон его жизни.
Мы точно не знаем всех обстоятельств его детства и юности. Кроме того, сам Иосиф незадолго до своего мученичества завещал "Дому Иконы", что когда о нем будут писать (он это предвидел), никогда ничего не писали бы о его семье, так как это требование его матери.
Тайной покрыты обстоятельства общения Иосифа с Рождественской кельей на Афоне, где в 1982 году он получил Чудотворную Иверскую Монреальскую икону. Существуют, по крайней мере, две версии обретения им этой иконы, в значительной степени противоречащие друг другу.
Был ли Иосиф монахом? Сам он доверительно открывал о своем монашестве нескольким близким ему людям и даже показывал свой монашеский параман. Но, увы, никаких подтверждений этого факта не удалось получить в упомянутой афонской келье - наиболее вероятном месте его пострига. Старец Климент, глава этой кельи и духовный отец брата Иосифа скончался в 1997 году, за полгода до мученичества Иосифа, и потому невозможно достоверно узнать о постриге. Тайну пострига унесли с собой в иной мир схимонах Климент и брат Иосиф.
Общение Иосифа с внешней неправославной средой тоже многим казалось очень странным. В 14 лет Иосиф принял Православие от русского зарубежного архиерея, архиепископа Леонтия Чилийского, и в то же время многие близкие ему католики (он вышел из католической среды) узнали только после его кончины о том, что он был православным.
Иосиф, высокодуховный и тонкий человек, протягивал руку помощи так называемым "отбросам общества" - людям опустившимся, что также вызывало массу вопросов и недоумений.
О приближающейся кончине брат Иосиф достоверно знал от старца Климента, который также предсказал и о посмертной клевете на брата Иосифа. Неизвестно, однако, кто были люди, следившие за Иосифом перед смертью, и почему он, зная о них, ничего не предпринимал для самозащиты?
Наконец, существуют две даты рождения и кончины Иосифа...
Мы должны честно признать, что не можем, по крайней мере сегодня, разорвать завесу тайн, связанных с личностью брата Иосифа и ответить на все недоуменные вопросы, возникающие при исследовании нескольких вариантов его жизнеописания.
И все-таки попытаемся найти ключ к личности брата Иосифа и затем, используя этот ключ, попробуем обрисовать жизнь его души, а также осмыслить основные вехи служения этого удивительного человека.
Ясно, что жизнь Иосифа невозможно объяснить, пользуясь обычной человеческой логикой. Но это не значит, что все, связанное с ним, нелогично. Иосиф, избранник Божией Матери, следовал логике, но не земной, а небесной, высшей таинственной логике в традиции православной мистики (тайнозрения, тайноведения), когда познание происходит не просто рационально или чувственно, но всегда как озарение, как акт Божественного откровения, являемого цельной личности. Именно такой цельной личностью сделался Иосиф благодатью Божией в годы его служения Чудотворной иконе. В этом смысле Иосифа можно назвать тайновидцем. 
Будучи тайновидцем Промысла Божия, Иосиф во всех жизненных обстоятельствах руководствовался исключительно волей Божией. Это и есть ключ к познанию его личности.
Тут мы опять должны признаться, что не знаем, как Иосифу открывалась воля Божия. Известно, впрочем, что иногда это были явления из горнего мира: явления Матери Божией и святых угодников. Также никогда не прекращалась связь Иосифа с его духовными наставниками. По крайней мере, двое из них - владыка Леонтий и игуменья Магдалина - после их блаженной кончины являлись Иосифу и общались с ним.
В других случаях воля Божия открывалась Иосифу через внутреннее тайнозрение души, постоянное молитвенное общение с духовным миром. Перед каждой поездкой с иконой Иосиф опускался на колени и просил Матерь Божию открыть волю Ее Сына. И когда Иосифу открывалась эта воля, то он от нее уже ни за что не отступал. Поэтому случалось, что Иосиф неожиданно отменял предполагаемую поездку с иконой и отправлялся в совершенно ином направлении, чем вызывал удивление и непонимание. Одна мудрость земная, иная - небесная. Иосиф выбрал небесную. Он всегда повторял свой любимый стих из пророка Исаии: "Мои мысли - не ваши мысли, ни ваши пути - пути Мои, говорит Господь. Но как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших" (Ис. 55, 8-9).
Некогда спросили Иосифа: "Не трудно ли Вам сочетать бытовую деятельность и духовный подвиг?". Он ответил: "Я не виноват, что во мне две личности".
Впоследствии между одной женщиной, духовно близкой Иосифу, и игуменьей Серафимой Княжевской состоялся такой примечательный разговор:
- Знаете, матушка, я думаю, что Иосифа окружала тайна потому, что он одной ногой стоял на земле, а другой на небе.
- Да Бог с тобой, он всегда был на небе!

Молитва
Связь брата Иосифа с вышним миром осуществлялась, главным образом, через непрестанное молитвенное делание. Молитве Иосифа мы обязаны тем, что нам была явлена Иверская Мироточивая икона. Ведь он, привезя икону с Афона в Монреаль, стал ежедневно читать перед ней акафист, и тогда она замироточила.
Иосиф вымолил икону, но не оставил святыню сокрытой под спудом, дав обет не использовать ее для обогащения. Он пошел с чудом к людям. К сожалению, люди зачастую принимали это чудо, как должное, а между тем Иосиф говорил: "Многие думают, что икона всегда будет мироточить, но она очень легко может перестать источать миро".
Мало кто задумывался, что Иосиф, вымоливший икону, продолжал вымаливать ее мироточение, дабы благодать Божия через икону помогала страждущему люду.
Основу православного духовного делания заложил в душе брата Иосифа его авва - архиепископ Леонтий Чилийский. Впоследствии ответы на возникавшие вопросы духовной жизни Иосиф получал из редких, но содержательных встреч с такими благодатными личностями, как архиепископ Антоний Западно-Европейский, игумения Магдалина из Леснинского монастыря во Франции, игумения Серафима Княжевская из Болгарии и, конечно же, его последний духовник старец Климент Афонский.
К примеру, о степени благотворного влияния архиепископа Леонтия на брата Иосифа можно судить по следующему эпизоду. Однажды близкий Иосифу человек получил от него строгое духовное наставление и расстроился от этого, а Иосиф заметил: "Ну что вы обижаетесь. Владыка Леонтий был еще строже со мной". Истинно так: владыка Леонтий строго вел Иосифа и сделал из него настоящего монаха, научил деланию непрестанной молитвы Иисусовой и откровению помыслов. Эти две составляющие части умного делания и помогали брату Иосифу в его непростом служении.
Иосиф говорил, что молитва Иисусова позволяет ему совершать многочисленные поездки с иконой. Ведь в пути у него не было возможности и сил совершать ежедневное "келейное правило", но все восполняла молитва Иисусова, а без молитвы он бы и не смог. Последний духовник Иосифа, старец Климент, также благословил ему во время путешествий заменять келейное правило Иисусовой молитвой. Те, кто путешествовал с Иосифом, замечали, что в дороге он часто садился, согласно исихастической традиции, склонив голову к коленям, и самоуглубленно молился по четкам.
В недолгие периоды пребывания у себя дома в Монреале Иосиф старался ежедневно вычитывать весь богослужебный круг. Молился он по книгам на французском языке. По вечерам Иосиф спешил уединиться, чтобы прочесть службу и помолиться по четкам.
Его ежедневное правило по четкам составляло десять сотниц - 1000 молитв Иисусовых. Тем, кто обращался к нему за советом о молитвенном правиле, он рекомендовал читать несколько сотниц, скажем четыре, и после каждого десятка читать молитву Пресвятой Троице: "Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, помилуй нас".
В храме для лучшего самососредоточения и концентрации внимания на смысле богослужения, Иосиф советовал использовать краткую форму молитвы Иисусовой: "Господи, помилуй".
Побывав на Афоне и познакомившись с местной практикой очень быстрого чтения устной Иисусовой молитвы, Иосиф говорил, что в принципе этот метод неплохой, но лишь при условии, что молитва совершается без посторонних мыслей.
На молитве Иосиф обычно стоял, выпрямившись, не садился, хотя это при его слабом здоровье было мучительно. Иосиф часто говорил, что в молитве очень важно быть постоянным. "У вас есть молитвенное правило, так не отступайте от него", - советовал он. Также Иосиф считал, что каждый день нужно хотя бы немного молиться своими словами, но не театрально и немногословно.
За постоянство в молитвенном подвиге Господь сподоблял Иосифа благодатных утешений. Как-то он доверительно признался, что к нему пришла особая молитва, и он может ее держать. Вероятно, речь шла о самодвижной сердечной молитве.
Другим плодом молитвенного делания является созерцание Божественной благодати в виде нетварного света. Иосиф видел нетварное сияние, исходящее от Мироточивой иконы, и иногда созерцал сияние, исходящее от людей после Причастия Святых Даров.

Искушения и утешения
Укорененность в молитве помогала Иосифу преодолевать многоразличные искушения, о которых вообще мало кто знал. Иногда в доверительных беседах Иосиф открывал, что у него была сильная брань с бесом чревоугодия, который внушал ему съесть мяса, от коего он по аскетическим соображениям воздерживался, но которого, вероятно, требовало его состояние здоровья.
Бес блуда особенно ненавидел Иосифа за его целомудрие. Был такой случай: некая обнаженная девушка, одержимая сладострастием, пыталась силой лишить Иосифа целомудрия, но тот, подражая праведному Иосифу Прекрасному, прогнал девушку, после чего она возненавидела девственника и всячески преследовала его.
Имела место борьба и иного рода, пострашнее плотской: бес воздвигал на Иосифа мысленную брань, пытаясь довести его до отчаяния. Бывали мучительные ночи без сна, когда Иосиф не мог даже перекреститься и с трудом шептал молитву Иисусову, как бы заживо поверженный на дно ада.
Порой Господь попускал Иосифу видеть ужасных и мерзских бесов. Случалось это тогда, когда он молился за людей, находившихся в тяжких искушениях, и тогда ему были показываемы бесы - виновники этих искушений. Бывали бесовские страхования и в других ситуациях. В одну ночь Иосифу и его другу, в то время жившему вместе с ним, одновременно во сне привидился диавол, страшно стучавший и ломившийся в двери их дома. Иосиф встал, окропил все святой водой, окурил ладаном, и страхование более не повторялось.
Диавол всячески восставал на Иосифа через людей. Доходило "до смешного". Например, Иосифа много раз обвиняли в использовании черной магии для мироточения иконы, в частности, указывали на магический шнурок, который он всегда носил с собой... Этим "шнурком" были молитвенные четки Иосифа.
Случалось, что те или иные поездки Иосифа с иконой вызывали подозрение, непонимание, упреки и обиды. Кто-то обижался, что их приходу предпочли другой, кто-то недоумевал, почему Иосиф поехал в приход к "недостойному" священнику и так далее. Все это очень ранило душу Иосифа, ибо он, если куда-то шел с иконой, то шел с чистой совестью, а не с корыстными и "политическими" расчетами. 
Но Господь не оставлял Иосифа своим попечением, вразумляя его через мудрых наставников. Они учили Иосифа: "Не обращай внимания на сплетни и нападки. Молись". И он молился.
Случались в жизни Иосифа совершенно неожиданные Божии чудеса, приносившие духовное утешение. Казалось бы, какие еще чудеса могут быть в жизни служителя чуда? А вот бывали. Одно из них произошло в 1983 году, вскоре после явления Мироточивой иконы. Духовник Леснинского монастыря архимандрит Арсений, узнав о явлении иконы, приехал в Монреаль помолиться перед ней. Но случилось так, что в тот день Иосиф решил заняться иконописью в полном молитвенном уединении. С этой целью он отключил телефон, дверной звонок, и запер на все запоры две входные двери. И что же? Вдруг слышит у себя за спиной: "Христос Воскресе". Оборачивается и видит отца Арсения. Иосиф спрашивает: "Как вы попали сюда, батюшка, ведь все закрыто?". "Я сказал - Христос Воскресе, и вошел", - ответил отец Арсений. Такие чудеса время от времени происходили в жизни Иосифа для подкрепления его духовных сил.
Физические силы Иосифа тоже бывали восстанавливаемы благодатью Божией. Нужно сказать, что, несмотря на богатырское телосложение, здоровье Иосифа не устояло перед его тягчайшим подвигом. Его одолевал диабет и другие хвори. Но он сопровождал Чудотворную икону Божией Матери и несколько раз был исцеляем чудесным образом.

Почитание мощей и икон
Ежедневно три раза в течение дня Иосиф кадил ладаном перед Иверской Мироточивой иконой, а также перед другими многочисленными иконами и мощами. По этой причине весь дом его чудно благоухал ладаном.
Иосифу дарили елей и большие восковые свечи для возжигания перед Мироточивой иконой. Три прекрасные лампады висели перед киотом этой иконы и освящали ее мягким светом. С каждой стороны иконы стояли восковые свечи, и много других лампад висело во всем доме. Иосиф имел благочестивый обычай ставить лампадку перед Мироточивой иконой и возжигать ее в молитвенное поминовение тех, кто нуждался в данный момент в молитвенной помощи. Перед иконой горело иногда по несколько лампад за разных людей.
У Иосифа хранилось множество мощей святых. Благословение на хранение мощей он получил от своего аввы Владыки Леонтия. От него же он получил в подарок и первые мощи. Когда Иосифу указывали на то, что мирянам в частных домах мощи хранить не положено, он отвечал, что в наше время из этого правила возможны исключения. Хотя бы потому, что в случае гонений мощи в частных домах могут оказаться в бњльшей безопасности, чем в храмах. Это по собственному опыту знал Владыка Леонтий, сам испытавший гонения на веру в России; поэтому он благословлял благочестивым мирянам хранить мощи святых. 
Кроме того, Иосиф считал, что в наши времена отступления от веры святые мощи, находящиеся у верующих, являются великим утешением, ободрением и охраной. Потому он с большой радостью всегда делился имевшимися у него мощами святых с другими людьми.
Имея сотни мощей, Иосиф не приписывал это своим стараниям или некой избранности. Он верил, что мощи и иконы святых идут туда, куда хотят, и нет ни малейшей доли случайности в их пришествии или сокрытии. Все сие происходит согласно Промыслу Божию.

Изучение Слова Божия и таинство причащения
Неиссякающим источником духовного укрепления было для Иосифа Священное Писание. "Ежедневное чтение Слова Божия - главное питание души", - говорил он. 
Иосиф считал жизненно важным ежедневно утром прочитывать последовательно по одной главе из Ветхого Завета, Евангелия и Апостола. Кроме того, по прочтении Евангелия записывать в тетрадь особенно запомнившийся стих, дабы затем в течение дня возвращаться умом к прочитанному. Так он рекомендовал делать тем, кто обращался к нему за духовными советами.
С великим благоговением относился Иосиф к таинствам Православной Церкви, и особенно к таинству причащения Пречистых Тела и Крови Господа нашего Иисуса Христа. Готовился он к причастию очень тщательно, но не открывал своих сокровенных подвигов, которые оставались между ним, его духовником и Богом.
Причастившись, Иосиф старался уединиться: запирался в доме и проводил весь день в одиночестве, в богомыслии и молитве. Своим сотаинникам он говорил: "После причастия - это ваш день с Господом, дабы не растратить благодать в разговорах и рассеянии". 

Откровение помыслов
Откровение или исповедание помыслов, являющееся неотъемлемой составной частью умного делания, являлось пожизненным спутником брата Иосифа. 
Частое откровение помыслов развивает в человеке навык следить за своим внутренним состоянием: отсекать нечистые помыслы и не принимать бесовские прилоги. Иосиф, всю жизнь проводивший во внутреннем подвиге борьбы с помыслами, достиг на сем поприще значительных результатов. Он открыл однажды, что с некоторого времени, по милости Божией, может всецело изгонять из головы посторонние мысли и не принимать вражиих прилогов и, что с тех пор он не знает, что значит иметь мечтания и блуждание ума. Состояние, которого сподобился достичь Иосиф, называется святыми отцами трезвением. Основываясь на собственном опыте, Иосиф и другим советовал отсекать все нечистые мечтания и греховные помышления.
Многие люди считали себя сотаинниками Иосифа. Но Иосиф одним открывал одно, другим другое, вся же картина его многосложной духовной жизни была ведома только некоторым. Его духовники, конечно же, знали о нем все, часто и без его откровений. Так, по словам Иосифа, старец Климент, будучи прозорливым, во время исповеди сам безошибочно говорил о его духовном состоянии.
Некоторые люди были для Иосифа духовными братьями и сестрами. Были у Иосифа и духовные чада, которые постоянно обращались к нему за окормлением. Причем нужно отметить, что люди тянулись к Иосифу всегда, даже когда он еще не был хранителем Мироточивой иконы. В годы его учебы студенты имели к нему доверие и приходили излить душу. Но, конечно, после того, как Иосиф стал известен в качестве хранителя Чудотворной иконы, к нему устремились сотни и сотни страждущих душ в надежде получить духовные ответы на свои мучительные вопросы. 

Дары смирения, любви, утешения, рассуждения и прозорливости
Чем Иосиф привлекал к себе духовное внимание сотен людей? Ответим одним словом - любовью. Сила его заключалась в христианской любви. У Иосифа не было по большому счету симпатий или антипатий к кому-либо. Он всех равно любил и всегда повторял, что в каждом человеке нужно видеть Христа. Он считал, что всем людям чем-то обязан, что-то должен, а ему никто ничего не должен. Он был абсолютно лишен эгоизма.
Иосиф совершенно не был злопамятен и горячо верил, что всякий человек может измениться к лучшему. Когда у него просили прощения те, кто причинили ему немало зла, он не спрашивал объяснений. А когда Иосифу задавали вопрос почему он так легко прощает, то он отвечал: "Господь простил блудницу, не спрашивая объяснений, кто же я такой, чтобы их спрашивать. Я намного хуже тех, кто думает, что чем-то меня обидел".
Осененный Божественной благодатью Иосиф стяжал дар любви. Он сподобился сего дара благодаря недюжинным волевым усилиям и упорной работе над собой. Но дар все-таки остается даром. Иосиф стяжал от Господа любовь и смирение по ходатайству Пресвятой Богородицы, так как в ту пору, когда была обретена Мироточивая икона, он упрашивал Матерь Божию даровать ему любовь и смирение. А умолял он Богородицу потому, что уже тогда ему был открыт весь будущий тернистый путь, все его крестоносное служение.
Как пример смирения и кротости Иосифа приведем следующий случай. На горе Синай молодые люди из Америки встретили брата Иосифа. Тот представился, упоминув что он из Канады (Квебек). Молодые люди сказали Иосифу, что они слышали, что в Монреале есть Мироточивая Иверская икона. Брат Иосиф ответил, что он знает об этом, но умолчал о том, что он-то и является хранителем этой Чудотворной иконы.
Служитель любви, Иосиф, очень страдал, наблюдая отсутствие любви среди верующих, сталкиваясь с проявлением ненависти, зависти и клеветы. "Господи, насколько я грустен от всего", - записал он однажды в своем дневнике.
Необходимо также отметить в Иосифе его благородную приверженность к справедливости и правде. Он тяжело переносил несправедливость и клевету, направленную против других (несправедливость и клевету в отношении себя он кротко претерпевал), и бесстрашно бросался на защиту обижаемых. Естественно, по-человечески Иосиф иногда ошибался в своих взглядах, но это, обычно, касалось светской или административно-церковной жизни и не распространялось на жизнь духовную.
В чем состояло служение хранителя Мироточивой иконы? Он много ездил по миру, орошая всех и вся благодатью своей иконы: приходы, частные дома, больницы, православные учреждения, а кроме того, своим личным общением он везде старался возжечь искру христианской любви. В этих поездках Иосиф был открыт всем людям. Часто он заводил беседы с людьми малознакомыми или вовсе незнакомыми. При этом он старался перевести разговор на духовные темы и так или иначе заинтересовать собеседника христианскими истинами. Делал он это, как тонкий психолог и прекрасный проповедник.
При своей бедности Иосиф все же находил возможность материально помогать нуждающимся. Дар милосердия он имел с детских лет. Мать Иосифа ежемесячно давала всем детям семьи немного денег. Получая свою долю, Иосиф, никому ничего не говоря, шел к ближайшему храму и раздавал деньги бедным на паперти. 
Иосиф очень любил посещать с иконой больных. Иногда он посещал больницы тайно. При посещении больных он никогда не делал разницы между людьми по причине их вероисповедания. 
Иосиф знал по личному опыту, что любовь - главное в Христианстве. Ибо и сам он сделался православным христианином не под влиянием какого-то красноречивого проповедника, а после того, как в убогом беженском храме, куда Иосиф забрел "случайно", архиерей-изгнанник (Владыка Леонтий) с любовью сказал ему: "Нет, мальчик мой, ты зашел сюда не случайно", - и, кротко улыбнувшись, добавил: "Возвращайся опять". 
В то мгновение Иосифа пронзила мысль: если этот архиерей такой бедный и у него столько любви, то верно это и есть Церковь Христова. Не удивительно, что Иосиф, обращенный в Православие любовью, и сам сделался служителем и свидетелем Бога-Любви, служителем даже до смерти...
Служение Иосифа было основано на глубокой вере в то, что Бог, Который есть Любовь, пришел в грешный мир и реально в нем действует. Ежедневно созерцавший чудо излияния богоданного мира, Иосиф опытно знал великую любовь Божию к роду человеческому, ко всем без исключения: к плохим и хорошим, ученым и простецам, старым и молодым, мужчинам, женщинам и детям.
Иосиф шел к этим людям, как апостол Любви, шел по стопам Христа, разделявшего трапезу с грешниками и блудницами. За такое христоподражательное житие многие осуждали Иосифа, говоря, что хранителю Чудотворной иконы не подобает водить дружбу с сомнительными личностями. Но Иосиф самоотверженно, и невзирая на лица, продолжал свое служение.
Разумеется, Иосиф постоянно общался и со множеством церковных людей: архиереев, священнослужителей, монашествующих. На многих из них он оказал сильное духовное влияние. Двух архиереев Иосиф подготовил к переходу в иной мир. При этом он по-детски удивлялся: "Не понимаю, как архиерей может бояться смерти?". Сам Иосиф не боялся смерти, потому что всецело уповал на милость и человеколюбие Божие. После его бесед и молитв перед Мироточивой иконой упомянутые архиереи обрели сердечный покой и отошли ко Господу в мире.
Иосиф был одарен от Господа рассуждением. Как известно, святые отцы поставляют этот дар выше прочих. Иосиф мог удивительно просто объяснять сложные вопросы богословия и духовной жизни, умел развязывать клубки запутавшейся в противоречиях человеческой души и ясно указывать простой выход из труднейших жизненных ситуаций. 
Иосиф обладал неким духовным чутьем и тонким духовным слухом. Проявлялось это в том, что он различал знамения и малые откровения Божии, на которые большинство людей попросту не обращает внимания. Иосиф же следил за знамениями, узнавая из них волю Божию. И другим советовал: "Следите за знамениями". А иногда прямо указывал на явное знамение в жизни того или иного человека, самим человеком не замеченное.
Иосиф был чрезвычайно духовно-чувствителен. Он чувствовал святость или греховность людей. Например, он рассказывал, что когда подошел под благословение к приснопамятному митрополиту Филарету (Вознесенскому), то буквально физически ощутил силу его благословения, даже мурашки пошли по коже.
Для служения ближним, Иосифу был дан от Господа дар прозорливости. Он признавался, что ему многое открыто, но он не желает показывать сего, дабы не отвлекать внимание людей от Мироточивой иконы Пресвятой Богородицы, смиренным служителем Коей он желал всегда оставаться. 
И все же об исключительной прозорливости Иосифа свидетельствуют сотни случаев. Так, он часто звонил по телефону нуждавшимся в духовной поддержке или приезжал к ним с иконой, предупреждая просьбы. Одному достаточно близкому человеку, считавшему Иосифа своим духовным наставником, он как-то сказал: "Знайте, что я вижу вас насквозь". И это не были пустые слова, в чем тот человек не раз убеждался. 
Раба Божия Л. вспоминает, что при первой же встрече Иосиф, говоря якобы о некой своей подруге, рассказал всю ее жизнь, а потом сказал, что "его подруге" нужно делать то-то и то-то. В последующих беседах с той женщиной, Иосиф давал духовные советы относительно борьбы именно с той страстью, которая ее мучила, но о которой она стеснялась ему рассказать. Он также говорил ей, что всегда чувствует, когда ей плохо, и в те минуты усиленно за нее молится. Подобное повторялось со многими другими людьми.
Своей прозорливостью Иосиф служил людям, но сам страдал от нее. Ведь ему были открыты многие тайные беззакония, он видел неприкрытую грязь душ человеческих. Например, он всегда очень переживал, чувствуя, что многие приходят в храм и даже к Мироточивой иконе не для молитвы, а покрасоваться друг перед другом. Иосиф проливал невидимые миру слезы, скорбя о низости падшего человеческого естества. Но стоит ли удивляться, ведь служение любви, которое он нес, неотделимо от скорбей и страданий.

Старчество
http://www.russian-inok.org/images/pict_content/krestniki.jpg

Брат Иосиф с крестниками


Подводя первый итог нашим размышлениям, отметим, что Иосиф бесспорно имел от Господа великие духовные дары. Это дары смирения, любви, утешения, непрестанной молитвы, трезвения, прозорливости и рассуждения. Обладание такими духовными дарами делало Иосифа своего рода старцем-мирянином, предопределенным Промыслом Божиим к духовничеству. Не случайно некоторые считали его старцем и духовником и потому относились к его словам с соответствующим вниманием. Но зато сам Иосиф никогда не считал себя старцем и не искал духовничества. Он не любил и избегал знаков духовного почитания. Как-то он строго отчитал женщину, сделавшую земной поклон из почтения перед ним.
Прежде чем продолжить речь о старческом служении Иосифа, скажем здесь несколько слов о старчестве вообще. 
Явление старчества многообразно. Будучи явлением всецело духовным, а не административно-структурным, старчество по-разному проявлялось в иные периоды церковной истории. В ранне-христианскую эпоху оно было известно как учительство и пророчество (последнее - то же, что впоследствии прозорливость); сие отражено, например, в памятнике церковной письменности II века "Дидахи". 
С начала IV века старчество было олицетворено духовными руководителями монашества. В монашеской среде оно процветало всегда и на Руси и особенно выявилось в сонме святых старцев Оптинских. 
Но во все времена являлись старцы и старицы и из числа благочестивых мирян. Например, старец Феодор Кузьмич. Бывали старцы-архиереи, к примеру, святители Игнатий (Брянчанинов), Феофан Затворник и другие. Удивительным соцветием просияло старчество в среде русских зарубежных архиереев ХХ века. Здесь, вслед за святителем Иоанном (Максимовичем), можно назвать целый ряд архипастырей-старцев, вплоть до недавно в Бозе почившего архиепископа Антония (Медведева). Старчество не связано с каким-то определенным церковным "сословием". Старцем является обладатель благодатного дара рассуждения, а также, если есть на то Божие благоволение, то и других даров Святого Духа (дар рассуждения необходим в любом случае). Рассуждение делает старца старцем потому, что при помощи этого дара человек распознаёт волю Божию и, следовательно, способен богоугодно руководить духовными чадами.
Для полноты картины нужно еще сказать о лжестарчестве, которое обычно соприсутствует с благодатным старчеством, подобно тому, как ложные грибы растут поблизости от грибов съедобных и внешне даже на них похожи. Старца от лжестарца отличает то, что первый бегает от старчества, а второй жаждет старчествовать. Подлинный старец не считает себя старцем и даже не ставит перед собой цели когда-либо стать им, а подвижник, находящийся в прелести, желает, чтобы люди признавали его духовным руководителем или, по крайней мере, имеет цель стать старцем со временем.
Все эти рассуждения о старчестве мы привели здесь для того, чтобы читателю стало ясно, что Иосиф был подлинным благодатным старцем наших дней. Он был явлен по усмотрению Божию таким, каким его могли легче всего принять и услышать современные люди. Иосиф знал пути к душам современных людей и особенно молодежи. Он свободно мог беседовать о современной музыке, живописи, театре, моде, незаметно подводя разговор к вечным темам. При том Иосиф в духовном смысле никогда не шел в ногу со временем, не опускался до уровня современного обмирщенного человечества. Вместе с тем внешне он был одним из нас - одним из тех, кто живет в этом мире, и потому его старчество было доступно и приемлемо для сотен страждущих душ. Символично и имя, которое, как полагают, было дано Иосифу в тайном постриге - Амвросий, в честь великого русского старца Амвросия Оптинского.
Система духовничества Иосифа состояла не в диктате, не в навязывании правил, а в усиленной молитве за его духовных детей, а также в руководстве ко спасению личным примером своей жизни. 

Предостережение почитателям
Тем, кто был духовно близок или дружен с Иосифом, а таких было немало, важно беречь себя от самодовольного и горделивого чувства, вызываемого близостью к праведнику. Праведник жил среди нас, общался и дружил с нами, согревал нас любовью, освящал святостью, но вот его не стало, и мы опять оказались во тьме собственной греховности. Пока праведник пребывал с нами, мы думали, что его свет - это наш свет. Когда он ушел, мы поняли, что наш "свет" есть тьма, а согревались мы в лучах жившего с нами святого. Это непреложный закон духовной жизни, и горе нам, если, отвергая его, мы возомним себя какими-то "особенными" уже за одно то, что праведник жил рядом с нами. А воспользовались ли мы его близостью для собственного духовного преуспеяния? Научились ли чему-нибудь от него? Исполнили ли его заветы? Подражаем ли его жизни? Или мы продолжаем быть слугами мира сего, во зле лежащего, "подвижниками" суеты, исключительно внешними христианами? 
Если мы внутренне не переменились к лучшему, если не научились хотя бы смиренному самовоззрению, то в таком случае наша близость к праведнику послужит нам не во спасение, а в осуждение. Ведь и праведный Лот, когда жил в Содоме, тоже с кем-то общался, имел знакомства, но эта близость к праведнику послужила содомлянам не во спасение, а в бњльшее осуждение. Брата Иосифа некоторые сравнивали с праведным Лотом; дай Бог, чтобы нас впоследствии не сравнили с содомлянами.
О, жалкое зрелище! Как неуместно и глупо выглядит бравада плотяных людей, кичащихся своим близким знакомством с людьми духовными. А такое, к сожалению, приходилось наблюдать после кончины брата Иосифа. Да, он жил с нами, говорил с нами "на одном языке", но при том всегда оставался небесным человеком. А мы, если кичимся и гордимся, то обличаем в себе людей, хотя и рассуждающих (иногда!) о духовном, но всегда остающихся землей и плотью. 
Многим из нас стоит о сем задуматься, дабы покаявшись в самомненнии и самолюбовании, по-настоящему изменить свою жизнь, познать смысл своего бытия, отрешиться от земли и всецело возлюбить Небо, как любил его Иосиф...

Иконописное делание
Завершая обзор служения брата Иосифа, необходимо сказать несколько слов о его иконописном делании. Оно для многих оставалось совсем незаметным, в то время как он сам ставил иконописание очень высоко и уделял ему все свободное время.
Иконопись, как известно, - это богословие в красках. Иконописью можно сделать и сказать очень многое: можно защищать и утверждать Православие, а можно размывать и подрывать его. Иосиф своим иконописным деланием, бесспорно, защищал и утверждал веру Христову.
Его отношение к иконописанию было как к священному служению. Иосиф считал, что когда приступаешь к иконописи, не имеешь больше права заниматься светской живописью, ибо сочетание того и другого не благоприятно сказывается на мастерстве иконописца.
Иосиф строго исполнял все правила иконописания: следовал иконописному канону, считал необходимым использовать натуральные живые краски, в дни иконописания ничего не ел до вечера, писал с молитвой. Причем обычно он молился тому, чей образ писал.
Когда Иосиф писал иконы на заказ, то сам не назначал цену. Заказчики же иногда платили вдвое меньше, чем стоили доски, золото и краски. Но Иосиф смирялся, благодаря Бога и за это.
Особенно Иосиф любил писать иконы Нерукотворного Спаса, а также иконы Ангелов. Им написаны иконы многих святых. 
К писанию икон Пресвятой Богородицы Иосиф относился с особым благоговением и страхом. По глубочайшему смирению он не дерзал писать копии со своей Чудотворной иконы. И не написал бы ни одной, если бы не последовало указания от Самой Пречистой Девы. Известно, что копию Иверской Мироточивой иконы, предназначенную для России и русского народа, брат Иосиф написал по прямому указанию Пресвятой Богородицы. Впоследствии Иосифу явился архиепископ Леонтий и сказал, кому передать сию икону в России, что и было исполнено.
Иконы Иосифа дышат теплом и светом Православия. На них лежит отблеск нетварного сияния, которое брат Иосиф в буквальном смысле слова (он сам об этом рассказывал) видел исходящим от Чудотворной Монреальской иконы. Видел и запечатлел в своем иконописном творчестве.
К концу своей краткой жизни брат Иосиф являлся носителем значительного иконописного мастерства и горячо желал передать свой опыт другим. Он видел большую нужду в иконах повсюду и особенно в России. Иосиф говорил, что в современном мире все притягивает людей к земле, в то время как иконописные образы наоборот возводят дух к Небу - к нашей подлинной родине. Своей иконописью Иосиф звал нас к Небу.

http://www.russian-inok.org/images/pict_content/icon1.jpg

Иверская Монреальская Мироточивая икона


Избранничество
Безусловно, главный смысл жизни Иосифа состоял в служении Иверской Мироточивой иконе Пресвятой Богородицы.
Перст Божий изначально указал на это служение: Иосифу было дано имя праведного Иосифа Обручника, хранителя Девы Марии. Архиепископ Леонтий Чилийский, принимая Иосифа в Православие, предсказал, что по имени своему Иосиф сделается хранителем Матери Божией и Богомладенца Христа. В тот момент юноша не понял смысла этих слов, но когда он стал хранителем Иверского Монреальского образа Пресвятой Богородицы, смысл сего пророчества открылся. 
Иосиф всегда приходил в смущение, когда кто-нибудь высказывал мысль, что, мол, Господь избрал на это служение именно его. В таких случаях Иосиф с глубоким смирением и убежденностью повторял, что он грешнейший человек, что совершенно недостоин быть хранителем иконы, и сам недоумевает, почему она явлена ему. Единственное объяснение сему он видел в том, что Матерь Божия проявляет Себя там, где хочет, а почему Она в данном случае выбрала Иосифа, остается тайной. Тайна избранничества Иосифа осталась между Пресвятой Богородицей и старцем Климентом. Последовало некое чудесное знамение, после коего старец Климент, ни под каким видом не желавший даже продать икону, неожиданно подарил ее Иосифу. Позже Иосиф спрашивал старца Климента, что повлияло на его решение. Тот ответил: "Не могу сказать, потому что это не будет полезно ни твоему, ни моему смирению".
Думается, что главную причину избранничества Иосифа можно выразить библейскими словами: "Бог... смиренным дает благодать" (I Петр. 5, 5). Иосиф весь был смирение. Он никогда специально не искал чудес и не просил небесных знамений, и до явления ему Чудотворного образа он даже в сокровеннейших помыслах не представлял себя хранителем или служителем какого-то чуда или святыни.
Удивительный урок смирения преподало нам и само явление Монреальского образа. Как Христос выбрал для Своего пришествия в мир убогий вертеп, а не блистательные царские чертоги, так и Монреальская икона Пресвятой Богородицы начала мироточить не в патриарших покоях, а в полуподвальной келье-квартире бедного испанца-эмигранта. Это ли не урок нам, что сила Божия в немощи совершается, что напрасно стремимся мы улучить поддержку сильных мира сего, не уповая на Бога, Который непременно являет Свою помощь в нужное время?

Мироточение и иные проявления иконы
Монреальская икона мироточила в течение пятнадцати лет, "умолкая" только на время Страстной седмицы. Мироточила она не равномерно, а в зависимости от духовной потребности тех, чьи дома или приходы посещала. Иногда мироточение было обильным, иногда слабым, иногда оно совершенно замирало. 
Замечательно то, что мира всегда хватало на всех нуждающихся. Сколько бы ни собралось верующих в том или ином месте, все без исключения бывали помазаны святым миром. Приведем два характерных случая.
При посещении одного храма под Нью-Йорком мироточение неожиданно прекратилось. Местный священник с мольбой в глазах обратился к брату Иосифу, прося что-то сделать. Иосиф взмолился Матери Божией о прощении вольных и невольных согрешений собравшихся и о ниспослании святого мира. Через некоторое время мироточение возобновилось...
Знаменитый джорданвилльский иконописец архимандрит Киприан, первое время сомневался в чуде мироточения Монреальской иконы. Однажды он служил в синодальном соборе в Нью-Йорке и во время полиелея помазывал верующих ваткой от Монреальской Мироточивой иконы. Самой иконы на богослужении въ соборе не было. Ватка была почти сухая, а верующих собралось очень много. Каково же было удивление отца Киприана, когда по мере помазывания, ватка не только не высыхала, а наоборот, чудесным образом преисполнялась миром, так что по окончании помазывания, она оказалась более влажной, чем была до этого. Отец Киприан со слезами вошел в алтарь и стал просить прощения у Матери Божией за свое маловерие.
Миро Монреальской иконы янтарных оттенков с нежным, но стойким благоуханием. И только первое миро, источаемое иконой на Пасху, после Страстной седмицы бывает особенным: очень светлым и со своеобразным ароматом. 
Миро иконы, по благоволению Божию, обладает чудотворной силой врачевать болезни душевные и физические. Другим чудесным свойством мира является его способность умножаться, что отмечали многие его обладатели.
Как икона мироточит? Сам Иосиф открыл нам, если можно так сказать, "механизм" удивительной тайны мироточения. Он объяснил, что во время мироточения миро выделяется не из иконы, как многие думают, а нисходит с Неба, как благодатная роса. Так и только так можно объяснить случаи мироточения киота иконы и стекла на киоте, а также, к слову сказать, и другие случаи мироточения икон, когда миро появляется, например, на железных литографиях.
Иллюстрирует объяснение брата Иосифа рассказ одного христианина, стоявшего подле Иверской Мироточивой иконы и пораженного тем, что прямо на его глазах на стекле киота стала образовываться из ничего и все более набухать капля святого мира.
Но чудо иконы заключалось не только в мироточении. Многие отмечали, что, молясь перед этим образом, ясно чувствуют реальное присутствие Самой Матери Божией. То была удивительная особенность Монреальской иконы. Другой ее особенностью было то, что она несла примирение. Люди десятилетиями враждовавшие между собой, примирялись, помолившись перед иконой. 
Иосиф отмечал, что Матерь Божия через Свою Мироточивую икону часто приводила людей к покаянию; люди приходили поклониться иконе и начинали плакать навзрыд. В их сердцах возгоралось желание исповедоваться и причаститься Святых Христовых Таин. 
Бывали, благодаря встрече с Чудотворной иконой, и случаи обращения инославных в Православие.

Смысл бытия иконы
В связи с Иверской Мироточивой иконой, которую ныне можно называть иконой брата Иосифа, перед нами встают три важных вопроса: чем вызвано ее явление в мир, что означает ее сокрытие, в чем состоит смысл этого величайшего чуда ХХ века?
Иосиф однозначно связывал явление этой иконы с Православием. Он был убежден, что не будь он православным, так не поехал бы на Афон, а значит, не получил бы и Чудотворного образа.
Иосиф связывал явление иконы с русским Православием, ибо именно русский народ на протяжении тысячи лет окружал Богородицу величайшим почитанием и любовью. И Небо откликалось на эту любовь.
И, наконец, Иосиф считал не случайным явление иконы в лоне Русской Зарубежной Церкви, так как именно в этой Церкви в 1981 году, то есть за год до обретения иконы, совершилось спасительное для судеб России действо - прославление святых Новомучеников и Исповедников Российских во главе с Царской семьей. 
В начале девяностых годов ХХ века, Иосиф отметил, что Монреальская икона явилась светлым предзнаменованием падения безбожного коммунизма в России и начЊла духовного возрождения русского народа.
Икона брата Иосифа замироточила в Монреале 24 ноября 1982 года. Ровно через пятнадцать лет, с разницей всего в один месяц, икона сокрылась, одновременно с мученической кончиной ее хранителя.
В связи с сим сокрытием мы должны, как думается, сосредоточить внимание не на враждебных нам темных силах, а на самих себе, на своем внутреннем состоянии. Темные силы неизбежно будут побеждены Богом, а вот наше собственное духовное устроение, от которого зависит и наше спасение, в значительной степени зависит от нас самих. 
Наша увлеченность мирским, привязанность к благобыту, лицемерная, с виду церковная, а по-сути даже не христианская жизнь - вот причины сокрытия от нас Иверской Мироточивой иконы. Кроме того, вполне очевидно, что сокрытие иконы связано с уходом ее хранителя, что наводит на мысль о со-служении Чудотворной иконы и Иосифа. Возможно, он был неотделимой частью этого чуда, потому и ушли они вместе.
Вернется ли икона? Решение этого вопроса опять-таки находится в прямой зависимости от нашего внутреннего состояния, от качества нашей христианской жизни. Будет покаяние - вернется и икона, не будет покаяния - не вернется и икона.
И хотя сейчас икона зримо не с нами, ее благовестие продолжается. Ведь Иосиф многократно повторял, что икона явлена не ради наших заслуг, а ради молитв тысяч новомучеников, чтобы люди от соприкосновения с этим чудом открывали свои сердца вере. Соприкосновение с чудом продолжается до сего дня: все большее число людей в России и во всем мире узнает о Монреальской иконе и ее хранителе-мученике Иосифе Муньозе, и много новых сердец открывается вере.
Благовестие иконы продолжается в разных проявлениях. Одно из них - многочисленные статьи, брошюры, книги и видеофильмы на разных языках о Монреальской иконе и ее хранителе; другое, особенно важное, - чудесное мироточение множества бумажных копий этой удивительной иконы.

Ответственность
Особенное положение, в которое Промыслом Божиим был возведен брат Иосиф, накладывало и особую ответственность на все его суждения и высказывания. К Иосифу прислушивались не только миряне, но священники и даже архиереи. Он это знал и с величайшим вниманием относился к своим суждениям перед лицом церковной общественности.
Иосиф молился, дабы Господь вразумлял его и давал ему нужные слова. И Господь давал. 
Когда Иосиф говорил на духовные темы, то бывал охвачен благодатным вдохновением. Сие заметно даже при чтении текстов его бесед и интервью, а уж тем более это видели его собеседники. Слова и суждения Иосифа сочетают в себе удивительную простоту и благородство. Общаясь с ним, нельзя было не подивиться евангельски-чистой и детской вере этого человека. Эта вера искрилась в его глазах и светилась во всем его облике. Характерными особенностями Иосифа-собеседника и проповедника был его приятный мягкий голос, вдохновенно-пророческое выражение лица и удивительно пластичные движения рук.
В частных беседах Иосиф любил использовать цитаты из Священного Писания. Особенно он чтил святого апостола Павла, о котором в годы учебы на теологическом факультете в Монреале составил объемное исследование. 
Из творений апостола язычников брат Иосиф особенно выделял послание к Ефесянам. Как известно, в центре внимания этого послания стоит Церковь - Тело Христово. 

Церковь
Не случайна увлеченность Иосифа темой Церкви, ибо все его служение было глубоко церковным. Он жил в Церкви и служил ей, и потому считал чрезвычайно важными такие понятия, как послушание своему священноначалию и церковная дисциплина. "Это чудо, - говорил брат Иосиф о Монреальской иконе, - принадлежит Церкви и неотделимо от иерархии", "Я думаю, что чудеса не имеют силы, когда человек выходит из послушания церковной иерархии".
Себя Иосиф видел одним из немощнейших членов церковного тела. Он понимал свое служение Мироточивой иконе как церковное послушание, и не мыслил своего существования вне церковной общины. Иосиф был преисполнен радости от того, что имеет возможность служить братьям по вере и неустанно призывал к этому же других. "Каждый христианин должен работать для Церкви и служить ей", - говорил он.

Любовь
Церковь для Иосифа была неотделима от любви. Он был убежден, что без любви нет Церкви.
Любовь же понималась Иосифом не в отвлеченном смысле, а в самом прямом и практическом, как деятельное внимание к личности ближнего. 
Нравственный закон жизни Иосифа гласил: в каждом видеть Христа. Этот закон - поистине величайшее духовное открытие ХХ века! Открытие более важное, чем покорение атомной энергии или полет в космос. 
Гениальность сего нравственного закона в том, что он на практике позволяет объединить исполнение двух главных христианских заповедей: о любви к Богу и о любви к ближнему. Действительно, любя в ближнем Христа, только и можно преодолеть как безбожное человеконенавистничество, так и секулярный гуманизм - две главные язвы нашей эпохи. Нравственный закон брата Иосифа дает реальную возможность искоренения мучительной разобщенности между людьми.
Узнав нравственный закон брата Иосифа, мы открываем тайну его личности. Нам становится ясно, почему он с таким душевным участием и искренней любовью относился к каждому (!) человеку. Именно потому, что в каждом видел Христа! 
В качестве живой картинки к данной части богословского наследия Иосифа приведем такой пример. Однажды в Испании Иосиф шел со своим другом Давидом по рынку. Среди пестрой бурлящей толпы он заметил старушку, вид которой был ужасен. В старых и грязных лохмотьях, со сбившимися в колтун волосами, с трясущейся головой и беззубым шамкающим ртом, она сидела где-то с краю, прося милостыню. На удивление друга, Иосиф рванулся к старушке, обнял ее, нежно прижал к себе, ласково по-сыновьи поцеловал и подал милостыню. 
После Давид сильно ругал Иосифа за такое поведение, но тот в ответ только молча улыбался. Невдомек было другу, да и всей той суетливой толпе, что один человек по имени Иосиф пять минут назад на этой рыночной площади в лице убогой старицы встретил... Христа!

Святость
Церковь для Иосифа была неотделима от святости. Тема святости - одна из его любимейших тем. Он непрестанно повторял во время бесед с молодежью, что хочет, чтобы все юноши и девушки стали святыми людьми. 
Если задать вопрос: что считал Иосиф целью человеческой жизни, то наиболее вероятным ответом мог бы стать ответ: святость! 
Иосиф и Православие полюбил оттого, что в нем всегда более видна и ценится святость. Идея святости пронизывает все сферы православного церковного искусства и зодчества. Она является основой аскетического и монашеского идеала. Она вдохновляет бытовое благочестие и пронизывает всю повседневную жизнь православных христиан. 
Однако святость не только цель, но и данность. Залог святости - это тот духовный дар, который получают христиане в крещении и который всячески подобает охранять и развивать. Иначе для нас, в принципе, была бы невозможна праведная жизнь, и святость, как цель, была бы бессмысленна. Все это понимал Иосиф, когда говорил, что хотя он не святой, но, будучи хранителем Божьего чуда, должен жить, как святой. 
Это последнее правило применимо и ко всем нам, православным христианам, ибо каждый из нас является хранителем Божественной благодати, ниспосылаемой в святых таинствах Церкви.
Одним из ключевых вопросов для Иосифа являлся вопрос о таинствах Церкви. С его точки зрения церковные таинства были почти синонимом Православия. "Самое великое в нашей Церкви - это значение и смысл таинств", - говорил Иосиф.

Истина
Церковь для Иосифа была неотделима от истины. По его глубокому убеждению истина во всей своей полноте и неповрежденности сохранена только Православием; "...самое главное - это быть православным, быть в Церкви", - учил брат Иосиф.
В вопросах веры Иосиф был принципиален, но не озлоблен. Он не подменял православность партийностью. Совершенно чужда ему была и предвзятость. Иосиф с почтением относился к некоторым католическим праведникам, жившим после отпадения католичества от Православия, но считал, что причастность к католицизму наложила на их духовность соответствующий нежелательный отпечаток; окончательный же суд над каждым человеком - в руках Божиих. 
Иосиф говорил, что и среди инославных можно встретить много высоконравственных людей, искренне стремящихся жить духовно. Таких людей он старался познакомить с драгоценным и неповрежденным духовным опытом Православия. Он был открыт ко всем, независимо от их убеждений и веры, но открытость эта не имела ничего общего с экуменической теплохладностью и всеядностью. То была апостольская миссионерская открытость убежденного проповедника Православия. 
Приведем один красноречивый пример, свидетельствующий о пламенной внутренней настроенности Иосифа, как проповедника и защитника Истины. Среди его близких знакомых было немало католиков, которых он иногда навещал с Чудотворной иконой, словно с неким молчаливым свидетельством истинности Православия. Во время одной из встреч, Иосиф ревностно стал доказывать католическому священнику, что римский догмат о непорочном зачатии есть самое большое кощунство против Матери Божией. Об этом рассказала свидетельница разговора Мадлен, католичка по вероисповеданию.
Иосиф считал, что несмотря на некоторую близость христианских исповеданий, чистота догматического учения присуща исключительно Православной Церкви. Мысль сия была особенно важна для него в связи с его иконописным деланием. Иосиф говорил, что так как иконы выражают тот или иной догмат, то писать их могут только православные христиане. Когда он рассматривал написанные католиками иконы, то сильно скорбел об их духовной мелкоте и бедности. Иосиф рассказывал, что пытался учить католиков иконописанию, но они никогда не могли перенять на должном уровне это священное церковное искусство. 
Служа Чудотворной иконе Матери Божией, Иосиф отстаивал перед лицом современного мира важнейшие христианские догматы: догмат православного почитания Богородицы, догмат святости и догмат иконопочитания.
Последний догмат, как в жизни Православной Церкви, так и в жизни Иосифа имел особенное значение. Ведь не случайно Церковью установлено празднование дня Торжества Православия в связи с окончательной победой иконопочитания. Не является случайностью и то обстоятельство, что афонский духовник Иосифа, схимонах Климент, скончался в 1997 году в самый день Торжества Православия! Иконопочитание - это флаг Православия, за судьбу которого Иосиф всегда очень переживал.
С большим вниманием следил Иосиф за ходом борьбы внутри Православной Церкви между сторонниками обмирщенного и реформированного экуменического христианства и защитниками освященной святоотеческой традиции. При этом Иосиф очень надеялся и много молился о том, чтобы все разногласия внутри Православия были изжиты и истина восторжествовала. Он верил, что это еще возможно!
В большей части своих церковных воззрений Иосиф следовал за духовными вождями русского зарубежья, высоко ценя их соборность, умеренность, трезвенность и бескомпромиссную верность Православию. Свою уверенность в такой церковной позиции Иосиф черпал не из рационально-аналитических построений, а из личного опыта общения с горним миром. Не нужно было убеждать Иосифа в том, что мы живем в предапокалипсические времена. Он сам, исходя из своего личного опыта, однажды предупредил одного близкого человека: "Знаете, я должен вам обязательно сказать, что скоро конец мира". Вероятно, у него были очень веские причины для такого предупреждения.

Догматика и аскетика
Иосиф не писал догматических сочинений, но его служение и его устная проповедь были пронизаны золотым свечением православных догматов. И это в то время, когда христиане вообще утратили интерес к догматам Церкви, когда с амвонов в лучшем случае предлагаются морализаторские нравоучения, когда лукавый экуменизм проповедует догматическую всеядность. Вопреки теплохладной адогматичности большинства христиан, Иосиф высоко поднял хоругвь живой православно-догматической традиции.
Как известно, догматика и благочестие нерасторжимы и взаимодоказуемы. Чистота догматического учения подтверждает правильность аскетического подвига, а наличие благих плодов аскетики в свою очередь подтверждает верность догматического учения. И наоборот, поврежденность догматики ведет к искажению аскетики, а прелесть аскета неизбежно приводит к уклонению от чистоты догматического исповедания или уже изначально связана с этим уклонением.
У Иосифа наблюдалась полная гармония догматики и благочестия. Его любовь к догматам Церкви возгревала в нем любовь к аскетическому идеалу Православия и наоборот.
Неудивительно поэтому, что Иосиф особенно высоко ставил монашеский идеал жизни. 
Главное в монашестве - это, как учат святые отцы, не внешние подвиги, а покаяние: "жертва Богу - дух сокрушен" (Пс. 50). Потому можно смело сказать, что Иосиф, живя в миру, примером своей кроткой и смиренной жизни проповедовал людям монашеский идеал. Его цветущее целомудрие и полнейшая нестяжательность также способствовали этой проповеди. Он говорил, что всем пожертвовал ради Господа: оставил отчизну, дом и родных, отказался от личной жизни и привязанностей.
Высокий аскетический идеал Иосиф возжигал и перед взорами монашествующих, часто посещая монастыри и живя в них. Его влияние на иночествующих было велико. Так, в Леснинском монастыре многие монахини приходили к Иосифу на откровение помыслов. И в этом не было ничего удивительного, ведь исповедовать помыслы можно и простому монаху или монахине, и даже сотаиннику-мирянину. Разумеется для сего необходимо определенная духовная опытность и благословение. У Иосифа было и то, и другое: духовный опыт он перенял от уже упоминавшихся наставников и наставниц, а благословение на принятие помыслов получил от архиепископа Виталия Монреальскаго и Канадского (впоследствии митрополита Нью-Йоркского и Восточно-Американского).
Иосиф был убежденным сторонником высокого идеала монашеской жизни. Лишаясь этого идеала, монашество, по его мнению, теряло всякий смысл и становилось соблазном для верующих. Иосиф, например, считал, что монахи, подражая святому Иоанну Предтече, совершенно не должны пить вина; им подобает вести жизнь нестяжательную и строго покаянную, главной целью которой является непрестанная молитва. Ну, а мирянам должно подражать иночествующим насколько возможно.

Завет
Слова и наставления брата Иосифа не имели бы той силы и того духовного веса, которыми они стали обладать благодаря его мученической кончине. Нам, современным христианам, с великим благоговением и вниманием нужно изучать эти окропленные мученической кровью слова. 
Богословское наследие брата Иосифа не велико по своим внешним объемам, но глубоко по содержанию. Оно состоит не из пылящихся на полках томов по научному богословию, а из вдохновенных и в то же время простых слов. По милости Божией, эти драгоценные слова мученика наших дней сохранились для нас в текстах его бесед и интервью, в личных письмах и дневниковых записях. Примечательно то, что часть его дневниковых заметок, явно "случайных" и личных, является духовной поэзией высочайшего образца.
Богословие брата Иосифа содержит ответы на многие вопросы, как личной духовной, так и общецерковной жизни. Оно является прямым указанием, как жить и мыслить в эти лукавые времена. По нашему разумению, только за одно открытие рассмотренного нами выше нравственного закона, Иосиф мог бы быть назван вселенским учителем Церкви.
Важной частью духовного наследия брата Иосифа является молитва-пророчество, написанная в 1985 году. Вот она: "Господи Иисусе Христе, пришедший на землю нашего ради спасения и добровольно пригвожденный ко Кресту, и претерпевший страдания за наши грехи, дай мне тоже перенести свои страдания, принимаемые мною не от врагов, а от моего брата. Господи, не вмени ему это во грех".
Эта молитва являет собой двойное пророчество. С одной стороны в ней была предсказана мученическая кончина Иосифа, а с другой сия молитва может быть прообразовательно отнесена к судьбе Церкви Христовой в последние времена. Ведь все истинные христиане разделят судьбу Спасителя, преданного на смерть Своими ближними, Своим народом. В апостасийные времена Церковь в лице подлинно православных христиан будет предана (а не предается ли уже?!) на явные или скрытые гонения своими же братьями-христианами. Достаточно сказать, что, согласно церковному преданию, православный патриарх Иерусалима будет принимать участие в венчании антихриста на царство. 
В последние дни грядущего гонения на Христианство, в последние дни земной истории человечества, верным христианам будет очень важно сохранить христианскую любовь к своим гонителям. Ибо сохранение любви есть существеннейший признак истинной и живой православности. В помощь христианам последних времен брат Иосиф и оставил свою молитву.
Вместе с новым мучеником Иосифом будем смиренно взывать: "Господи..., помоги нам достойно перенести наши страдания, принимаемые не от врагов, а от наших братьев. Не вмени им это во грех".

Иосиф всегда знал, что ему предлежит мученический подвиг. 
За год до кончины Господь показал ему в ночном видении все страшные обстоятельства его мученичества. И все-таки Иосиф считал себя недостойным мученического венца, и прямо сказал однажды: "Мученичества я не достоен". 
Но в то же время, вольно или невольно, он всю жизнь готовился к мученическому свидетельству. С великим благоговением Иосиф собирал и хранил мощи мучеников, любил писать их иконы, читать жития. Иногда он бывал поражен тем или иным житием мученика и с волнением пересказывал его другим. Между прочим, Иосиф просил, что когда он будет умирать, ему не давали бы никаких болеутоляющих средств. 
Как-то Иосиф сказал, что к мученичеству его с детства готовила бабушка. Согласно завещанию брата Иосифа, мы не имеем права рассказывать о его семье, но одно нужно сказать: с раннего детства Иосиф был бескровным мучеником...
Познакомившись с русским Православием, Иосиф горячо полюбил Новомучеников и Исповедников Российских. В особенности, он чтил преподобномученицу Елизавету, с коей у него была установлена особая молитвенная связь. Известно, что Иосиф сподоблялся явления ему этой святой княгини-мученицы.
Все его служение Церкви было неизвестным людям мученичеством. Как часто на приходах торжественно принимали Мироточивую икону, но порой забывали о ее верном хранителе и его самых насущных нуждах. Почему-то тогда мало задумывались, что Иосифу нужны деньги на билет, нужно что-то есть (иногда на приходах угощали только мясными блюдами, а мяса он не ел и, значит, оставался голодным), где-то спать и так далее.
А сколько злостраданий претерпел Иосиф в своих бесконечных разъездах. Большей частью он был вынужден путешествовать с иконой один, а это заставляло его часами отказываться от удовлетворения элементарных потребностей, ведь он не мог разлучиться с иконой. Все это, очевидно, было преддверием уже настоящего кровного мученичества.
Когда, перед концом земного странствия брата Иосифа, тучи над его головой особенно сгустились, он тем более был готов к страданиям за Христа и Его Пречистую Матерь. Тогда не только Иосиф, но и многие близкие ему люди чувствовали, что надвигается нечто страшное. Последнее время за Иосифом открыто следили; в буквальном смысле слова ходили по пятам. Как-то, заметив слежку, Иосиф резко обернулся и сказал в лицо соглядатаю: "Знайте, что я вас не боюсь, потому что моя жизнь в руках Божиих".
Наконец, и последний духовник Иосифа, старец Климент, открыто сказал ему о предстоящих тяжких испытаниях и невероятной клевете, которой попытаются очернить его имя и его святое дело. Он пояснил, что сатана будет все сильнее искушать Иосифа, так как против образа Матери Божией он ничего сделать не может и потому еще сильнее ополчится на хранителя этого образа.
В последние месяцы жизни Иосиф прощался с людьми. Часто со слезами на глазах, иногда, делая земной поклон, он просил прощение, конечно, ничего не объясняя. Но многие понимали. А те, кто не понимал, поняли после его мученической кончины.
Девица К. рассказала, что незадолго до кончины брат Иосиф совершенно неожиданно (они были мало знакомы) обратился к ней со следующими словами: "Если ты когда-нибудь будешь в чем-нибудь нуждаться, обращайся ко мне. Я, правда, мало что могу, но ты все же обращайся ко мне...". Теперь эта девушка уверена: Иосиф говорил об обращении к нему в молитвах, как к мученику.
Черная завеса тайны покрывает обстоятельства убийства брата Иосифа. Безусловно, как-то связано с этим убийством сокрытие Монреальской иконы. Одно общеизвестно - на Иосифа и его икону охотились давно и по всем правилам искусства следить и убивать. Детали сейчас не важны, ибо ясно, что главным заказчиком убийства был сатана. 
Ясно и другое: когда летним душным афинским вечером, в небольшом гостиничном номере, мучители Иосифа начали свое черное дело, около его мученического одра невидимо предстояла Пречистая и Преблагословенная Дева Мария. И очень может быть, что в последние мгновенья жизни Иосиф увидел Богородицу наяву. Дивная и долгожданная встреча!... 
Недаром врач, исследовавший тело брата Иосифа, пришел к выводу, что его глаза были расширены как бы от великого удивления, как-будто в момент смерти он неожиданно увидел кого-то хорошо знакомого. Можно быть почти уверенным, что Этой "хорошо знакомой" была Матерь Божия.
Иосифа убивали по крайней мере три человека. Двое держали, один связывал, а потом все вместе избивали мученика. Перед началом пыток состоялся краткий разговор: убийцы угрожали и чего-то добивались от Иосифа. Вероятно, речь шла о Монреальской иконе. Иосиф не поддался на уговоры и угрозы, но и не сопротивлялся, когда его начали связывать. Потом его стали жестоко и профессионально избивать: били по голове и шее, перебили кодык, кровь текла изо рта и глаз...
Небесная, блаженная, огненносветлая радость, которая в момент страданий озаряет мученика Христова не известна простым смертным. Именно это духовное утешение помогает страстотерпцам смиренно и кротко переносить любые мучения, Христа ради. Так Иосиф Муньоз Кортес взошел на свою трепетную Голгофу.
Бог поругаем не бывает. Не может быть поругана и Пречистая Матерь Божия, в чьих бы руках Ее Чудотворный образ ныне ни находился. "Икона идет туда, куда хочет", - часто повторял Иосиф. Она и сейчас там, где ее пребывание, согласно неисповедимым судьбам Господним, наиболее полезно и нужно. Если она в руках друзей Иосифа - это им утешение и награда, если в руках врагов - это им обличение и наказание, а вместе с тем призыв к покаянию и исправлению. 
А убиенный хранитель Чудотворного образа Пресвятой Богородицы уже возведен от образа к Первообразу и ныне радостно зрит Царицу Небесную и Ее Божественного Сына, не в иконах, а лицом к лицу.

http://www.russian-inok.org/images/pict_content/pohoroni1.jpg

Владыка Лавр возглавляет отпевание брата Иосифа в Джорданвилле


Знамения
Как мы уже говорили, брат Иосиф советовал следить за Божиими знамениями. Приведем несколько небесных указаний из его жизни.
Он родился в испанской католической семье в Чили 13 мая 1948 года. Обратим внимание на дату - 13 мая. Это день блаженной кончины и церковной памяти епископа Игнатия (Брянчанинова), учителя аскетизма и неузнанного пророка своего времени. Случайность? После всего, что мы видели при обзоре служения и богословия брата Иосифа вполне очевидно, что это не случайность, а знамение Божие.
Иверская Монреальская икона брата Иосифа начала мироточить 24 ноября 1982 года. Это день памяти преподобного Феодора Студита, исповедника, великого борца и защитника догмата иконопочитания. Ясно, что и это "совпадение" не случайно. И все же мы были удивлены премудрости Промысла Божия, когда попробовали вставить имя брата Иосифа в кондак преподобного Феодора (такая традиция использования текстов одного святого для молитвенного обращения к другому известна православному гимнотворчеству). К нашему великому изумлению, оказалось, что кондак полностью отражает житие брата Иосифа! Судите сами: "Избранник Божией Матери, равноангельское житие твое страдальчески уяснил еси подвиги, увенчанный мученическим венцом, и Ангелом совсельник, богоблаженне, явился еси, Иосифе: с ними Христу Богу моляся не престай о всех нас".
Мученическую кончину брат Иосиф принял в Афинах в ночь с 30 на 31 октября 1997 года. Если быть более точным: под утро 31 октября. Что это за день? 31 октября - день сатанинского, по своей сути, праздника, в который на западе принято наряжаться в костюмы ведьм, чертей, и прочих представителей темных сил. 
С церковной точки зрения 31 октября - день памяти святого апостола и евангелиста Луки. Апостол Лука был одним из любимых святых брата Иосифа. Он бережно хранил мощи этого отца иконописи; часто брал их в иконописную и ставил рядом, когда писал иконы.
На сороковой день после кончины брата Иосифа на кладбище Свято-Троицкого монастыря в Джорданвилле на его могиле во время панихиды при сильном ветре совершилось чудо самовозжения свечей. Это знамение свечей имело место 9 декабря 1997 года, то есть накануне праздника иконы Божией Матери "Знамение". Так Матерь Божия в честь своей иконы "Знамения" послала знамение для прославления своего верного служителя. Кроме прочего, икона "Знамение" Курская Коренная является Путеводительницей и Покровительницей русского зарубежья.
Во время отпевания в Свято-Троицком монастыре тело брата Иосифа не имело признаков тления и не источало трупного запаха, тем временем шел двенадцатый день с момента кончины. Через год после этого рабочие рыли над могилой Иосифа яму для фундамента надгробного памятника и были крайне удивлены тем, что не чувствуют обычного и неизбежного в таких случаях смердения свежей могилы.
Природа откликнулась на смерть Иосифа и сокрытие Монреальской иконы страшным стихийным бедствием. Спустя два месяца со дня мученичества Иосифа, в рождественский сочельник 1998 года, город Монреаль и его окрестности превратились в мертвое ледяное царство. Оледенение прервало снабжение города электроэнергией. Люди неделями жили на грани смерти в необогреваемых домах. Деревья ломались под тяжестью льда и, падая, перекрывали улицы. В довершение всего 25 января оледенение стало внешней причиной пожара кафедрального Никольского собора города Монреаля, где раньше на богослужениях очень часто присутствовала Мироточивая икона брата Иосифа... Многие недоумевали: в чем же согрешили мы в отношении иконы и ее хранителя, если у нас был отнят собор. А разве некоторые из нас не поверили мерзкой клевете на избранника Божией Матери, клевете имевшей свое начало в афинских и канадских газетах, ищущих дешевых сенсаций? А разве кое-кто из нас не обвинил в пропаже Монреальской иконы самого брата Иосифа? К сожалению, упомянутые сенсационные известия испугали даже некоторых уважаемых и высокопоставленных в Церкви людей, которые именно тогда, когда все с нетерпением ожидали их решительного слова, предпочли молчаливое пилатовское "умывание рук". Прости нас, Матерь Божия. Прости нас, брат Иосиф.
Сердечное и молитвенное благодарение тем нашим архиереям и священникам, которые, решительно отбросив лукавые сомнения, так много сделали для сохранения светлой памяти брата Иосифа, чем показали всем нам добрый пример истинного мучениколюбия!

Икона мученика и Оптинское прославление
http://www.russian-inok.org/images/pict_content/iosifikona.jpg

Первое иконописное изображение брата Иосифа, написанное

в Оптиной Пустыни и подаренное русскому зарубежью


Удивительным молитвенным порывом откликнулись на мученичество Иосифа верующие в России. Расскажу только об одном эпизоде. 
Летом 1999 года автор этих строк был свидетелем того, как Оптина пустынь чтила память Иосифа. 
Солнечным утром мы с матушкой Марией Потаповой из Иоанно-Предтеченского собора города Вашингтона подошли к святым вратам скита Оптиной пустыни. Войдя в них, мы оказались в царстве душистого разнотравья, ярких цветов, порхающих бабочек и заповедной тишины. Подошли к дверям рубленой избы-кельи игумена Михаила, с которым я познакомился в предыдущий приезд в Оптину. Отец Михаил, словно былинный богатырь, огромный и добрый, с кем-то беседовал на крыльце кельи и будто ждал нас. Заметив гостей, батюшка поспешил распрощаться с собеседником.
- А, отец Всеволод! Что матушку Марию привез? - Весело обратился к нам отец Михаил.
- Да, батюшка, благословите.
Благословив нас, отец Михаил неожиданно скрылся в своей келлии, сказав:
- Подождите, пожалуйста. Я сейчас.
Через пол минуты он, весь сияя от радости, вышел к нам с блиставшей золотом иконой. 
- Это первая писанная икона мученика Иосифа! - Торжественно объявил отец Михаил. А потом, благославляя матушку Марию иконой, сказал:
- Матушка, эта икона - подарок вашему приходу за любовь к брату Иосифу!
Матушка стояла, онемев, и только удивленно улыбалась, широко раскрыв глаза. Вот чудеса!
Отец Михаил пояснил:
- Иосиф он же ведь наш - Оптинский. В схиме-то он - Амвросий, в честь нашего старца. Вот мы и написали его икону.
На этой иконе Иосиф изображен на золотом фоне, в белоснежном одеянии мученика, с крестом в правой руке и Монреальской иконой в левой, над головой - нимб.
...Вечером того же дня мы встретились с частью старшей оптинской братии, чтобы посмотреть привезенный нами видеофильм о брате Иосифе. И опять "совпадение" - братия устроила просмотр фильма в той келлии, где по оптинскому преданию жил епископ Игнатий (Брянчанинов). Тут-то мы впервые и обратили внимание на то, что день рождения брата Иосифа и день памяти святителя Игнатия совпадают.
После просмотра фильма я хотел было предложить, чтобы все вместе пропели брату Иосифу "Вечную память". И вдруг произошло нечто совершенно неожиданное, - братия торжественно пропела Иосифу тропарь и величание, как мученику! 
Так Оптина положила начало прославленiя брата Иосифа.

Спасение России
Почему сердце русского православного народа так легко открывается навстречу брату Иосифу? Потому, что Иосиф - последний от великого сонма Новомучеников и Исповедников Российских. И сейчас Небо предоставило ему слово.
А еще потому, что он один из тех иноков (то есть иных, небесномудрых людей) от коих, по предсказанию Феодора Михайловича Достоевского, придет спасение России.
Такими иноками были в прежние времена преподобные Сергий Радонежский и Серафим Саровский, а в наше время - святитель Иоанн (Максимович) и иеромонах Серафим (Роуз). Их чтит и любит церковная Русь. У них учится и берет пример веры и благочестия, пробуждающийся от духовного сна русский народ. Иосиф был одним из таких иноков, стоящих между миром небесным и миром земным, получающих свет свыше и ниспосылающих его всем людям.
Иосиф как-то сказал: "России нужен пример настоящего монаха, который совершенно отверг мир и предал себя Богу...". Сам, не ведая того, он вслед за святителем Иоанном и отцом Серафимом явил России, да и всему миру, этот пример.
Какими бы миллиардными тиражами ни издавалось Священное Писание и другая христианская литература, сколько бы духовных институтов и семинарий ни было открыто, сколько бы мы ни твердили внешним о нашей православности, все равно постоянно и неуклонно год от года и век от века жизнь христиан обмирщается. 
Потому жизненно необходимо, чтобы хоть изредка появлялся инок по духу (им может быть и мирянин), который бы не столько словами, сколько своей жизнью, а если нужно, и смертью освежил в сознании людей евангельский идеал Христианства. Огненная проповедь такого человека способна оживить сотни сердец. Мы, современные христиане, так духовно слабы и непостоянны, что нам обязательно нужно не в книгах прочитать, а наяву услышать, хотя бы один раз в жизни, евангельское благовестие о том, что "сей земной мир есть мимотекущая река, увлекающая в погибель незадачливых корабельщиков. Восторги и слезы, успехи и кораблекрушения - обманчивый поток, очаровательный мираж, зияющая пустота могилы. Нет другой правды, кроме Неба!".
Сегодня с этим благовестием к нам пришел Иосиф. Если Бог даст, придут в свое время и другие. И чем больше будет таких благовестников, тем быстрее Россия спасется. Ее спасение совсем не означает того, что она обязательно возродится в прежнем земном величии. Спасение России - в ее слиянии с Русью Святой, в осознании себя, как в былые времена, Домом Пресвятой Богородицы. 
Такая Россия по-праву наречется матерью всех русских людей, во отечестве и рассеянии сущих. 
Такая и только такая Россия будет достойна возвращения Иверской Мироточивой иконы. 
О такой России всегда молился и ныне молится новомученик Иосиф Муньоз Кортес.

Свято-Троицкий монастырь, Джорданвилль, США, 1999-2002 гг.
(При написании использована рукописная летопись "Дома Иконы - Фонда памяти брата Иосифа", г. Монреаль, Канада).


5 комментариев: